С чего все начиналось. Часть 1
С чего все начиналось. Часть 1
Еще фото

Автор (ы):  А.А. Соколов, ветеринарный врач
Организация(и):  Ветеринарная клиника Linnafauna, г. Нарва, Эстония
Журнал:  №1 - 2014

Клиника наша, или как мы ее гордо назвали - «Зооветеринарный центр Линнафауна» - небольшая, по эстонским масштабам, не говоря уже о России или Европе. Линнафауна в переводе с эстонского - «городская фауна».

Мы с женой еще в советское время окончили Ленинградский ветеринарный институт – наш ЛВИ... Лучшие годы жизни! Достаточно долгое время работали в сельском хозяйстве, пока не настало время разброда и шатания, крушения империи и общественного строя. Столь близкий и любимый Ленинград стал чужим и далеким Петербургом.

C женой Ниной мы познакомились на последнем курсе, хотя «глаз положил» я на нее еще на начальных. Просто учились на разных потоках, виделись только на общих лекциях. Поженились в сентябре. Естественно, распределения у нас были в разные ме­ста: у нее в Архангельскую область, у меня в Псков.

Поехали в Москву, в министерство за разрешением, тогда все строго было.

Из Москвы сразу поехали в Псков. Там назначили меня главным врачом Станции по борьбе с болезнями животных (СББЖ). Не путайте с главным врачом района, он работал здесь же. Жили мы в 30 км от Пскова при самой станции: две комнаты в общей квартире, из удобств – только водопровод и две печки-голландки. Жену устроили в «Зооветснаб», она потихоньку осваивала складское дело и выдачу спирта. А меня работа просто убивала: какие-то совещания в «Агропроме», комиссии, семинары, задания, такие как «поехать в совхоз и выяснить, почему снизилось воспроизводство» или «обеспечить станцию на зиму углем». Единственная знакомая работа – туберкулинизация да взятие крови. Затосковал я: не получается, не знаю, не умею, не мое... Единственная радость, когда после туберкулинизации накрывался стол для начальства, а там и спирт, и сало, и огурцы, и мед – в общем, по-русски! Не знаю, наверное и сейчас, жизнь прожив, не смог бы руководить. Меня ради массовки выбирают кандидатом в депутаты уже четвертый раз, а я думаю: хоть бы не выбрали!

Уехали мы через полгода ко мне на родину, в Эстонию. Начали работать в совхозе «Нарва», в отделении «Синимяэ» был комплекс на 1200 коров, я – старшим врачом, Нина – гинекологом. Втянулись, работа даже начала нравиться. С коровами несложно работать: с утра сделаешь обход, доярки сами скажут, у кого мастит, у кого из матки течет, которая отелилась, какие телята пропоносились. Идем в кабинет – у нас был настоящий блок с манежем, с боксами для больных, с аптекой. Сколько помню, никто не хотел ставить в изолятор больных коров, потому что за ними нужно было отдельно убирать. Постоянная борьба с доярками: не хотят поить из сосок, это же долго, сунет ведро теленку, он насосется и подохнет от диспепсии, вскрываю – сычуг забит комьями свернувшегося молока. То зоотехники силос завезут кормящим коровам, то тракторист корове по заднице ковшом заедет, то скотники пожалеют опилок, и корова растянется на скользком полу, то санитар стянет половину запаса спирта и вернется только через пять дней весь зеленый, в белой рубашке и в галстуке. С него можно было Шарикова писать. Весело было, молодые были!

Убивало отсутствие свободного времени. С семи до трех на ферме, а потом еще на вечернюю дойку. Даже уезжая куда-то в выходной, оставляли телефон. Тяжелая была работа: роды, последы, внутривенные вливания, но через некоторое время мы уже могли учить жизни хуторян и прочих частников.

С благодарностью вспоминаю Николая Николаевича Шалашинского – главного врача района: помогал, подсказывал и, кажется, никогда не ругал. Помню, у меня после очередной дозы камагсола эндометритная корова скончалась прямо на игле, он мне тогда посоветовал предварительно вводить кофеин. С тех пор у меня в аварийной укладке всегда кофеин, эуфиллин, кальций, глюкоза.

В середине 80-х начались проблемы со здоровьем, и мы перебрались в город. Нина начала работать в подсобном хозяйстве, тогда было модно при каждом более или менее значимом заводе заводить свинарник, а у них еще был колбасный цех. Несколько лет работала волостным врачом, мы вместе ездили по фермам и хуторам, делали туберкулинизации и брали кровь. Я пристроился в баклабораторию СЭС, пять лет лаборантом варил в чайниках питательные среды пока в начале 90-х не освободилось место врача.

В середине 90-х в мэрии решили открыть муниципальный ветеринарный участок, Нина стала первым и последним городским врачом. Где-то в эти годы мы еще занимались продажей молочных продуктов – утром ездили по хуторам, покупали молоко, потом дома сепарировали его, делали творог, сметану, сливки, продавали на рынке. Сейчас вспоминаю, не верится, неужели это было? А еще огород, помидоры, огурцы, яблоки, ягоды. Когда младший сын спалил баню вместе с домом, я стоял на этом пепелище и тайком радовался: неужели все! Не будет больше комаров, сорняков и удобрений!

Наш частный бизнес начался официально в 1999 году, с того момента, когда мы начали платить налоги. Открыть бизнес у нас очень просто, особенно теперь: 20-30 минут посидеть у компьютера, даже без особого знания эстонского языка, и вы – физическое лицо, предприниматель. Хотите фирму – немного дольше, нужно открыть счет в банке и положить паевой капитал около 2500 евро.

В бизнесе нам однозначно везло. В 2001 году продали дачу, взяли кредит в банке, приобрели в собственность двухкомнатную квартиру, выведенную из жилищного фонда, открыли первую клинику. На самом пике строительного бума в 2007 году вложили деньги в строительство квартиры в Нарве, думали переехать поближе к работе. Потом подвернулось еще одно помещение, недолго думая, продали готовую квартиру, даже не въезжая в нее, купили магазин в цокольном этаже жилого дома, сделали ремонт. Получилась большая клиника с зоомагазином.

Работали много, в то время как двое сыновей учились в университете. Но эта клиника позволила нам с успехом пережить кризис. В кризисные годы мы открыли еще один зоомагазин в соседнем городе. А секрет успеха прост – ПРЕЖДЕ ДУМАЙ О ДЕДЕ, А ПОТОМ О СЕБЕ.

Мы в первый раз отдыхать-то поехали за границу где-то в эти годы. Никогда не имели «понтовых» автомобилей, выбирали поэкономичнее да повместительнее, чтобы можно было под самую крышу загрузить коробками с товаром. Не понимаю таких разговоров: мол, два-три года пройдет, пока раскрутится клиника или магазин. Наши приносили прибыль сразу, в первый день, а иначе на что бы мы жили! Никогда в жизни не имели неоплаченных долгов, потому что первую половину месяца работали на оплату счетов, а уже потом могли себе что-то позволить. Покупали подержанное оборудование, зарабатывали на нем, учились и только после этого покупали новое, при этом трезво оценивая его необходимость.

Помню, одна клиентка меня укорила: «Как же так, у вас в клинике даже УЗИ нет!». У меня тогда был уже рентген и ЭКГ, в городе ни у кого и этого не было. Пришлось задуматься, накопили денег, купили старую Алоку. Познакомился с врачом из больницы, приглашал его смотреть своих пациентов, платил за исследование, учился сам. Теперь у меня три аппарата, учу сына. Удачно воспользовались программой «Поддержка предпринимательства», получили стартовый капитал от европейского фонда в 7500 евро, накупили всякой всячины: УЗИ, бормашину, скейлеры, инструменты, весы, столы. Так приятно было покупать!

Сейчас у нас три врача, продавец и бухгалтер, жена в последнее время увлеклась зоомагазином, торговлей и снабжением, изучением рынка, расширением ассортимента, обучила продавца, за три года оборот в магазине вырос в три раза. Зоомагазин – это очень важное приложение для клиники: если в клинике случаются сезонные изменения в количестве пациентов, то магазин приносит прибыль всегда. Это тандем: клиника отправляет пациентов в магазин за кормами и другими товарами, а магазин поставляет новых пациентов, к тому же у нас в магазине врач консультирует.

Хочу еще несколько слов сказать о том, как мы раскручивали свой бизнес. Начали с того, что зарегистрировали «Общество защиты животных», от его имени выступали по радио и писали статьи в газетах, выпускали самиздатовские листки, проводили уроки в школах, обращались к власть имущим. Ничего материального на этом не заработали, но имя Linnafauna приобрело определенную известность, порой даже скандальную... Потом были объявления в газетах, в телефонных справочниках и инфо-службах, на телеэкранах в супермар­кетах, рекламных тумбах.

Конечно, все это играло какую-то роль, но остановились мы на интернете и визитных карточках. В интернете поиск ведется по ключевым словам – тот кто ищет, получает необходимую ему информацию.

Мы создали свой сайт, с годами он вырос в довольно большой ресурс, делали рассылки и вели консультации, о нас узнали за рубежом. Я регулярно провожу «интервенцию» - размещаю свои объявление на досках ближнего зарубежья (Петербург, Ленинградская область) и Эстонии. У меня заготовлен список тем, они чередуются по сезонам. Мои интернет-страницы имеют соответствующие коды, по которым поисковики выдают информацию – все это работает без особых затрат, кроме собственного времени и знаний. Это просто, нужно только представлять, что может попросить у поисковика пользователь. Ну и, конечно, визитные карточки. Это 100% попадание в цель, они попадают к тому, кому они нужны, а в некоторых случаях даже от одного человека в несколько рук.

Я это пишу для молодых врачей, которые только включаются в бизнес, те, кто уже состоялся, я думаю, во многом согласятся со мной.

Нам повезло в том, что встречались люди, которые помогали или не мешали, что 90-е годы прошли без особых потерь и проблем, что мы с женой поддерживаем друг друга, имея одни интересы и цели, что дети у нас удались: старший имеет успешный бизнес, объехал полмира, а младшего мы направили по своим стопам, и работа эта ему интересна. И самое главное – работа продолжает приносить радость – не так уж много денег, но массу удовольствия!

Я сейчас, например, страшно доволен тем, что мне удалось восстановить фотокомпозитом зуб у 20-летнего кота, и он уже несколько месяцев его не может сломать...

Продолжение в следующем номере.


Назад в раздел