Современный взгляд на диагностику, лечение и профилактику инфекционного перитонита кошек
Современный взгляд на диагностику, лечение и профилактику инфекционного перитонита кошек


Автор (ы):  Ю. О. Терехова, научный сотрудник, В. В. Цибезов, к.б.н., ведущий научный сотрудник, О. А. Верховский, д.б.н., профессор, президент Научно-исследовательского института диагностики и профилактики болезней человека и животных (АНО «НИИ ДПБ»), Н.А. Рахманина, к.в.н., ветеринарный врач-вирусолог, Ветеринарная клиника «Кибела», А.Л.Елаков, к.б.н., старший научный сотрудник ФГБУ «НИИ вирусологии им. Д.И. Ивановского» Минздрава России, Москва / J. O. Terehova, Reseacher, V. Tsibezov, PhD, Leading Reseacher, О. Verkhovsky, DVM, PhD, D.Sc, Professor, President Diagnostic and Prevention Research Institute for Human and Animal Diseases (DPRI), N. Rahmanina, PhD, Veterinarian, Veterinarian clinic «Kibela» A. Elakov, PhD, Senior Reseacher Ivanovsky Institute of Virology, Ministry of Health of the Russian Federation
Журнал:  №2 - 2014

УДК: 619:579.835:636

Ключевые слова: биохимические тесты, инфекционный перитонит кошек, иммуноферментный анализ

Key words: feline infectious peritonitis, biochemical tests, enzyme linked immunosorbent assay

Аннотация

В данной статье описаны клинические признаки и патогенез инфекционного перитонита кошек (ИПК). Для диагностики ИПК можно использовать как биохимические тесты, так и иммунологические методы (иммуноферментный анализ, реакцию непрямой гемагглютинации, метод флюоресцирующих антител и др.). Динамика титров антител к вирусу ИПК, определяемая с помощью ИФА, имеет важное прогностическое значение при данном заболевании.

Summary

Feline infectious peritonitis (FIP) clinical signs and pathogenesis are described. To diagnose FIP both biochemical tests and immunoassays (ELISA, immunofluorescent method, indirect hemagglution reactions et al.) are currently used. Dynamics of ELISA antibody titers against FIP virus is important for prognosis of the disease.

Инфекционный перитонит кошек (ИПК, Feline infectious peritonitis, FIP) — чрезвычайно тяжелая форма течения коронавирусной инфекции, получившая свое название из-за наиболее часто встречающегося клинического проявления: воспаления брюшной полости (перитонита). Возбудитель данной инфекции — РНК-содержащий вирус порядка Nidovirales семейства Coronaviridae рода Coronavirus вида Felinae Coronavirus (FCoV). В эту группу входят также таксономически близкие коронавирусы: вирус трансмиссивного гастроэнтерита свиней (ВТГС, TGEV) и коронавирус собак (CCV) [4, 10, 13].

Болезнь поражает многих представителей семейства кошачьих: чаще всего встречается у домашних кошек, но зарегистрирована также у львов, леопардов, гепардов, ягуаров, рысей, каракалов и других представителей семейства Felidae [1, 3, 13].

Болеют кошки всех возрастов, но наиболее чувствительны к заболеванию молодые животные в возрасте до 2 лет, а также взрослые старше 10 лет [8]. Количество зарегистрированных случаев ИПК не зависит от времени года (не наблюдается сезонности заболевания), соотношение по полу больных животных существенно не отличается (болеют как коты, так и кошки), особой чувствительностью к инфекции обладают кошки британской породы голубого и серого окраса. Не отмечено какой-либо устойчивости к инфекции у беспородных животных. В России заболевание ИПК начали регистрировать с середины 90-х годов прошлого века у привозных чистопородных животных [5].

Клиника и патогенез ИПК

Клинически болезнь проявляется в двух формах: влажной (инфузионной), сопровождающейся скоплением экссудата в брюшной и/или плевральной полостях, и сухой (неинфузионной), проявляющейся в гранулематозном поражении внутренних, преимущественно паренхиматозных органов и не сопровождающейся накоплением экссудата в полостях тела. Инфузионный ИПК считается классической формой проявления и составляет приблизительно 75% клинических случаев. ИПК может иметь длительный инкубационный период (от одной недели до полугода) [9, 12], во время которого клинические признаки не наблюдаются. Кроме того, существует скрытая форма заболевания, при которой возможно выделение вируса во внешнюю среду.

Передача вируса от больных животных происходит вертикально (трансплацентарно), либо горизонтально (контактно от животного к животному или через предметы ухода).

Первоначально коронавирус попадает в ротовую или носовую полость, где в фарингеальных эпителиальных клетках происходит первичная репликация вируса. Затем вирус проникает в клетки столбчатого эпителия кишечника — основное место его размножения и персистенции [12]. При таком варианте заражения инфекция может протекать бессимптомно или проявляться в виде энтерита, легкого недомогания, диареи, снижения аппетита и не представляет опасности для жизни животного. Кошки с персистирующей коронавирусной инфекцией являются основным источником вируса, выделение которого может происходить со слюной, мочой, но основное количество выделяется с калом [9].

Однако в некоторых случаях коронавирус приобретает способность поражать моноциты и макрофаги, и тогда инфекционный процесс формируется совершенно по другому пути, приводящему к развитию ИПК. После попадания в макрофаги, вирус разносится по всему организму. Пораженные макрофаги скапливаются под серозной оболочкой стенок кровеносных сосудов, вызывая системный васкулит, что приводит к повышению проницаемости сосудов и скоплению выступающей жидкости (выпота) в полостях тела (инфузионная форма ИПК). В случае незначительного поражения кровеносных сосудов паренхиматозных органов (печени, селезенки, легких, брыжеечных лимфатических узлов, стенок кишечника, поджелудочной железы, увеального глазного тракта) происходит образование отдельных пиогранулем (гранулематозная, сухая форма ИПК) [11]. Однако, разделения на формы течения болезни условны, поскольку нередко обе формы проявляются одновременно, или в течение болезни одна сменяет другую. Обе формы заболевания могут привести к смерти животного.

Изменение тропности коронавируса и поражение макрофагов — ключевого компонента в системе иммунной защиты организма — является основной причиной, обуславливающей тяжесть заболевания ИПК. Заражение макрофагов приводит к так называемому антителозависимому усилению инфекции. Поскольку макрофаги, содержащие вирус, не экспрессируют вирусные антигены на поверхности, то специфические антикоронавирусные антитела (АТ) не узнают инфицированные вирусом клетки [14]. В то же время, сывороточные иммунные комплексы АТ с вирусом продолжают распространять вирус в организме и инфицировать макрофаги. Таким образом, наличие АТ не только не защищает, но и, напротив, способствует развитию ИПК.

На вопрос о том, в результате чего вирус ЭК приобретает способность поражать макрофаги и развивать ИПК, до сих пор нет однозначного ответа.

Несмотря на то, что зараженность и носительство коронавируса среди большинства домашних, диких и бездомных кошек по всему миру составляет 20-100%, ИПК развивается менее чем в 10% случаев [13].

Раньше считалось, что существуют два отличных варианта коронавируса (высокопатогенный и низкопатогенный), одновременно циркулирующих в популяции кошек, и только высокопатогенный вирус способен привести к развитию ИПК [8, 15]. Однако в некоторых случаях даже при наличии в организме высокопатогенного вируса ИПК, заболевание не развивается [12]. Это может быть связано с устойчивостью макрофагов к высокопатогенному вирусу, что в свою очередь обусловлено генетическими особенностями конкретного животного, либо особенностями иммунного статуса — ослабленным клеточным иммунитетом, но повышенным уровнем гуморального иммунитета.

Согласно более поздней теории считалось, что коронавирус, вызывающий ИПК, образуется в результате мутации низкопатогенного кишечного вируса ЭК [8, 15]. Мутировавший вирус приобретает способность поражать макрофаги и провоцировать ИПК [13].

Диагностика ИПК

К сожалению, прижизненная диагностика не всегда дает возможность оградить животное от летального исхода — заболевание почти всегда заканчивается смертью животного [2]. Прижизненная диагностика должна быть комплексной. Она основана на анализе данных анамнеза, гематологических исследованиях и использовании различных вспомогательных диагностических тестов.

Биохимические параметры сыворотки крови при ИПК не имеют стабильно существенных отклонений, однако за счет специфики воспаления растет содержание гамма-глобулина и острофазных белков, в частности фибриногена как в сыворотке крови, так и в экссудатах. Увеличение концентрации белка в биологических жидкостях прямо пропорционально степени тяжести инфекционного процесса [3]. Именно для выявления этих показателей направлены тесты неспецифической экспресс-диагностики: йодно-агглютинационный тест и проба Ривалта, обладающие высокой достоверностью результатов.

Йодно-агглютинационный тест — неспецифическая биохимическая реакция. Метод основан на способности йодного реактива образовывать агглютинаты (визуально обнаруживаемые хлопья) при смешивании с образцами сыворотки крови или асцитной (плевральной) жидкости, содержащей гамма-глобулин, если его показатели превышают физиологическую норму (30%). Метод очень прост в применении и имеет высокую степень соответствия результатам РНГА, что позволяет рекомендовать его при исследовании сывороток и экссудатов для быстрой диагностики ИПК в клинических условиях. Тест Ривалта применяется для исследования выпотов. Метод основан на том, что по своим биохимическим и цитологическим показателям эффузионная жидкость при ИПК является фибринозным экссудатом и характеризуется значительным содержанием белка (32 – 118 г/л), особенно гамма-глобулина (отражая состав сыворотки), и высокой концентрацией фибрина, но при этом имеет низкое содержание клеток (1000 кл/мл).

Для выполнения этого теста используется 2%-ный раствор уксусной кислоты, в пробирку с которым вносится капля исследуемого экссудата.

Если капля растворяется, то проба считается отрицательной. При положительном тесте капля экссудата сохраняет очертания и некоторое время держится вверху пробирки или медленно опускается вниз в форме медузы, оставляя за собой линейный след. Прогностическая ценность результатов Ривалт теста составляет в положительном случае 86%, в отрицательном — 97% [8].

Для специфической диагностики используют как методы обнаружения непосредственно возбудителя (ИФА, МФА, ПЦР), так и методы выявления АТ (РНГА, МФА, ИФА, иммуноблоттинг).

Результаты выявления возбудителя указанными методами малоинформативны, поскольку вирусы ЭК и ИПК практически идентичны по генетическим и антигенным свойствам.

Сложность серологической диагностики ИПК связана с тем, что большой процент здоровых кошек имеют АТ против коронавирусов: 20-60% среди

домашних животных и до 100% у животных из приютов или питомников [13].

Установлено, что тяжесть клинических проявлений при ИПК имеет прямую корреляцию с величиной титра АТ к возбудителю заболевания [2].

Другими словами, важен не сам факт наличия в сыворотке крови АТ к коронавирусу, а высокий уровень титров с тенденцией к быстрому нарастанию.

В последнее время широкое применение находит иммуноферментный анализ (ИФА) для определения точной величины титра АТ к вирусу ИПК [6].

Проведенные с применением «Набора для диагностики инфекционного перитонита кошек (ИПК) иммуноферментным методом» (ООО «Ветбиохим») исследования показали 100%-ную корреляцию результатов применения метода РНГА и ИФА при определении титра антител к коронавирусу. Результаты ИФА также имеют диагностическое и прогностическое значение. При показателях титра антител 1:3200 и выше (индивидуальное содержание животного) и титра 1:6400 и выше (при скученном содержании животных) диагноз ИПК может считаться установленным. Титр АТ 1:800 — 1:1600 может указывать на латентную форму болезни или носительство; в таком случае результат считается сомнительным. Для уточнения диагноза проводят повторные исследования клинического материала с интервалом 2-4 недели. Снижение или увеличение титра АТ напрямую связано с течением инфекционного процесса. Благодаря этому методу можно не только диагностировать ИПК, но и выявлять вирусоносителей, прогнозировать развитие инфекции, а также оценивать успех применяемой терапии при лечении и профилактике болезни.

В качестве дополнительного подтверждающего теста при диагностике ИПК можно применять метод иммуноблоттинга [7].

Данный метод дает возможность определить специфичность АТ к основным структурным белкам коронавируса (N, S, M). Сыворотки крови с низким титром АТ (≤1:200) реагировали только с одним белком N вируса ИПК, однако, по мере повышения титров АТ увеличивался и спектр детектируемых вирусных антигенов. Сыворотки крови с высокими титрами АТ 1:3200) выявляли все основные структурные белки коронавируса (N, S, M). То есть, чем больше величина титра АТ в сыворотке, тем больше спектр детектируемых ей белков вируса. При выявлении в сыворотке крови кошек АТ к высокомолекулярным белкам коронавируса (М.м. > 85 кД), прежде всего к S-белку, диагноз на ИПК можно считать подтвержденным.

Лечение ИПК

Прогноз при установлении диагноза ИПК крайне неблагоприятный. Лечение основано исключительно на симптоматической терапии, поскольку специфических средств лечения не существует. По причинам, указанным выше, применение иммуноглобулина при данной инфекции может только усугубить развитие болезни.

При развитии экссудативной формы ИПК применяют меры к механическому удалению экссудата из брюшной полости при помощи пункций. Прибегают к симптоматической терапии: назначают мочегонные средства (верошпирон, диакарб и др.) в терапевтических дозах, антибиотики (тилозин, ампициллин и др.), кортикостероиды, витамины (С, группа В, мультивитамины). К применению других средств следует относиться с большой осторожностью. Поскольку гуморальный иммунитет (антитела к коронавирусу кошек) усиливает развитие болезни, и вирус блокируется только за счет клеточного иммунитета [2], может быть оправдано применение иммунных и противовирусных средств: полипринолы, препараты интерферонов или интерфероногены.

Для специфической профилактики ИПК на сегодняшний день предложена только одна вакцина – примуцелл, производимая фирмой Пфайзер (США). Вакцина вводится интраназально и способствует развитию местного гуморального и клеточного им­мунитета к коронавирусу. Однако её эффективность нередко ставится под сомнение, кроме того не рекомендуется её применение у коронапозитивных животных [2].

Профилактика ИПК направлена на улучшение условий содержания кошек, профилактику стрессов и сопутствующих заболеваний. Обязательно поддержание чистоты в помещениях и дезинфекция. Вирус не стойкий и легко разрушается при обработке 3% раствором гипохлорита натрия, нашатырным спиртом, раствором щелочи (мыла), кварцеванием и т.д.

Литература

1. Гильмутдинов Р. Я., Иванов А. В., Панин А. Н. Инфекционный перитонит кошек / Инфекционные болезни экзотических и диких животных. М.: Колос, 2010, С. 105-106.

2. Панин А. Н., Уласов В. И, Рахманина М. М., Элизбарашвили 3. И, Кокорина Е. Г. Проблемы защиты здоровья домашних кошек // Вестник Российской академии естественных наук, 2009; Т.9; №3, - С. 85-90.

3. Рахманина Н. А., Ольшанская А. А., Уласов В. И. Некоторые эпизоотологические особенности инфекционного перитонита кошек // Материалы международной научно-практической конференции: Актуальные проблемы инфекционной патологии и иммунологии животных, М.: 2006; 16-17 мая, - С. 100-102.

4. Сергеев В.А., Непоклонов Е. А., Алипер Т. И. Вирусы и вирусные вакцины, М.: Библионика, 2007.

5. Смирнова Т., Стенина С. Инфекционный перитонит (FIP, FIPV) //Друг, 2000; №3-№4.

6. Терехова Ю. О., Цибезов В. В., Рахманина М. М, Элисбарашвили Э. И., Рахманина Н. А., Верховский О. А. Иммуноферментный метод выявления антител к коронавирусу для диагностики инфекционного перитонита кошек (ИПК) // Российский ветеринарный журнал, 2012; №2, - С. 24-28.

7. Терехова Ю. О, Цибезов В. В, Рахманина Н. А., О. А. Верховский. Метод иммуноблоттинга для выявления антител к коронавирусу при диагностике инфекционного перитонита кошек // Российский ветеринарный журнал, 2012; №4, - С.26-28.

8. Addle D. D. Feline coronavirus infections//In «Infectious diseases of the dog and cat» С. E. Green, 2012; 4th ed, 92-108.

9. Desmarets L MB, TheunsS., Olyslaegers D. AJ., Dedeurwaerder A, et al. Establishment of feline intestinal epithelial cell cultures for the propagation and study of feline enteric coronaviruses // Vet Res, 2013; 44(1), 71.

10. Horzinek M. C, Lutz H., Pedersen N. C. Antigenic relationships among homologous structural polypeptides of porcine, feline, and canine coronaviruses // Infect. Immun., 1982; 37(3), 1148-1155.

11. Kipar A., May H, Menger S., Weber M, Leukert W. and Reinacher M. Morphologic features and development of granu-lomatous vasculitis in feline infectious peritonitis // Vet Pathol.,

2005; 42, 321-330.

12. Kipar A, Meli M.L., Baptiste K.E., et al. Sites of feline coronaviral persistence in healthy cats// J Gen Virol, 2010; 91, 1698-1707.

13. Pedersen N. C. A review of feline infectious peritonitis virus infection: 1963-2008//J. Feline Med. Surg., 2009; 44, 225-258.

14. Takano T., Kawakami C., Yamada Sh., Satoh R., Hohdatsu T. Antibody- dependent enhancement occurs upon re-infection with the identical serotype virus in feline infections peritonitis virus infection // J. Vet. Med. Sci, 2008; 70(12), 1315-1321.

15. Wabderley Murrha L., Figueira Silva F. M. et al. The paradox of feline coronavirus pathogenesis: a review // Advances in Virology, 2011.


Назад в раздел