Случай веретеноклеточной астроцитомы у белоносой мартышки
Случай веретеноклеточной астроцитомы у белоносой мартышки
Еще фото

Автор (ы):  Д.Е. Митрушкин, Е.А. Корнюшенков, Я.А. Кулешова, Ю.В. Кривова
Организация(и):  Клиника экспериментальной терапии НИИ клинической онкологии ФГБУ «РОНЦ им. Н.Н. Блохина» РАМН (Москва), ветеринарная клиника «Биоконтроль»
Журнал:  №1 - 2013

Ключевые слова: минимально-инвазивная хирургия (Minimal invasive surgery), хирургия малого лапароскопического доступа (Minimal access laparoscopic surgery), лапароскопическая колонопексия

Сокращения

ГЭБ — гемато-энцефалический барьер

КГМ — кора головного мозга

КТ — компьютерная томография

МТ — масса тела

ЦНС — центральная нервная система

Введение

Астроцитарные опухоли – доброкачественные макроглиальные опухоли, поражающие все отделы головного и спинного мозга. Происходят и состоят из астроцитов [1].

У детей опухоли ЦНС занимают четвертое место по распространенности после лейкемии, ретинобластомы и нейробластомы, при этом чаще всего встречается астроцитома [5, 6, 10]. Литературные данные по инцидентности спонтанных опухолей ЦНС у человекоподобных приматов (обезьян) немногочисленны [4]. Jungherr (1963) не обнаружил опухолей головного мозга при патологоанатомических вскрытиях 12 000 молодых обезьян, включая некоторые виды макак. O'Connor (1969) только при 5 из 115 000 аутопсий обезьян выявил злокачественные опухоли ЦНС [3]. У собак астроцитома – наиболее распространенная опухоль ЦНС; ее регистрируют чаще, чем у людей (14,5 случаев на 100 000 собак и 4-5 случаев на 100 000 людей). Высокая инцидентность отмечена у брахиоцефалов, в частности, бостонтерьеров и боксеров. Половая предрасположенность не установлена; возраст заболевших животных чаще превышает 6 лет [7].

Этиология первичных опухолей головного мозга, как у человека, так и у животных, до конца не изучена. В медицине выделяют наследственный фактор в развитии новообразований головного мозга [2, 8].

Опухоль, как правило, локализуется в полушариях головного мозга, таламусе, гипоталамусе и стволе мозга. Макроскопически представляет собой интрацеребральный очаг ткани серо-розового цвета, приближающийся по окраске и плотности к мозговому веществу, или имеет полупросвечивающий желатинозный вид. Часто содержит кисты. Микроскопически состоит из нежного волокнистого матрикса и рыхло расположенных в нем ядер; нередко приобретает сетевидное строение. Рост астроцитомы, как и других глиальных опухолей, инфильтративный или инфильтративно-экспансивный.

Приблизительно в 1/3 случаев астроцитарная опухоль претерпевает прогрессирующую малигнизацию, превращаясь в глиобластому. Наблюдают первично-множественные астроцитомы [1, 7].

Клинические признаки при астроцитоме зависят от локализации опухоли, и неврологический дефицит проявляется вследствие вторичных изменений головного мозга, таких как околоопухолевые отеки, некроз, кровоизлияние, компрессия, грыжеобразование или обструктивная гидроцефалия. Показатели при анализе ликвора у животных с астроцитомой обычно неспецифичны и включают в себя увеличение кон­центрации протеина и смешанный (лимфоцитарно-нейтрофильный) плеоцитоз, что обусловлено нарушением гемато-энцефалического барьера [7]. Yanai T. et al. описывают случай астроцитомы, локализованной в левой височной доле КГМ у яванской макаки приблизительно 18-летнего возраста, пребывавшей в состоянии комы. В течение 6 месяцев до момента гибели у животного наблюдали анорексию, апатию, снижение активности и МТ (с 3,7 до 2,5 кг). Клинические и биохимические показатели крови, взятые у обезьяны на момент смерти, находились в пределах физиологической нормы [9].

Прогноз при новообразованиях данной локализации неблагоприятный, поскольку рост любой опухоли головного мозга, в т.ч. доброкачественной, ведет к дислокации его структур, что проявляется в неврологической симптоматике той или иной степени выраженности. При астроцитоме только 10% людей живет 18-24 месяцев после тера­певтического лечения. Пятилетнюю выживаемость у 50-70% взрослых людей обеспечивает комбинированное лечение – хирургическое удаление новообразования и облучение [2, 8]. У собак с диагнозом астроцитома продолжительность жизни составляет от 7 до 150 дней после появления клинических признаков при назначении паллиативной терапии [7].

Описание клинического случая

03 февраля 2010 г. на прием в ветеринарную клинику«Биоконтроль» поступил пациент: обезьяна(белоносая мартышка), самка, возраст 8 мес.

Повод для обращения в клинику: частичная потеря зрения, «манежные движения» вправо, атаксия, дискоординация в течение 3-х месяцев.

При осмотре выявлены: нарушение проприорецепции на грудных конечностях, горизонтальный нистагм, незаращение родничка и флюктуация жидкости при его пальпации. Животному с предварительным диагнозом гидроцефалия была проведена КТ головного мозга под общей анестезией.

На серии срезов КТ в сегментальной и фронтальной проекциях выявлены: ярко выраженная правосторонняя гидроцефалия; множественные кисты в ткани головного мозга; признаки врожденной левосторонней аномалии развития сосудов головного мозга с оссификацией участков застарелых кровоизлияний, признаки воспалительного процесса в тканях головного мозга. Основываясь на данных КТ, нельзя исключить новообразование головного мозга.

На основании комплексного исследования был поставлен диагноз окклюзионная гидроцефалия, и 09.02.10 было проведено вентрикулоперитонеальное шунтирование. Интраоперационно при постановке шунта было эвакуировано 12,0 мл ликвора из правого бокового желудочка головного мозга. Ликвор имел ксантохромную окраску, что указывает на повышенное содержание форменных элементов крови (эритроцитов) (Рис. 2).

При исследовании ликвора количество клеточных элементов составило 53 в 1 мм3 (при норме у человека 0-4 клетки), содержание белка – 1,25 г/л (при норме у человека 0,22-0,33 г/л), что может соответствовать картине бактериального менингита. По результатам определения чувствительности бактерий, выделенных из ликвора, к ан­тибиотикам (Табл. 1) для лечения был выбран антибиотик из группы аминогликозидов (проникающих ГЭБ) гентамицин.

В первые сутки после операции состояние животного оценивали как средней тяжести. При исследовании неврологического статуса отмечено отсутствие нистагма, аппетита; животное не пыталось самостоятельно передвигаться. Однако уже на 2-е сутки появился аппетит, снизились неврологические симптомы, животное могло перемещаться в вертикальном положении, улучшилась проприорецепция, отметили развитие мелкой моторики (Рис. 3).

Через 5 дней после операции животное выписали из стационара в удовлетворительном состоянии. Отмечены самостоятельное передвижение обезьяны по клетке, появление голоса, хороший тонус и фиксация конечностями предметов.

Через 14 дней после операции животное вновь поступило на прием в клинику. На этот раз поводом послужило ухудшение общего состояния: диарея, анорексия, атаксия, гипертонус конечностей. Из анамнеза выяснилось, что владельцы вводят гентамицин в 2 раза выше рекомендованной дозы. Показатели клинического и биохимического анализов крови находились в пределах физиологической нормы. Животному с предварительным диагнозом – дисбактериоз, выполняли инфузионную терапию, на фоне которой было отмечено прогрессирование заболевания. Было принято решение о проведении операции с целью ревизии вентрикуло-перитонеального шунта, в ходе которой обнаружена обструкция выводного отверстия помпы кровяным сгустком и перегиб катетера. Проведены аспирация содержимого помпы через выводное отвер­стие и промывание катетера.

Отмечена красно-коричневая окраска ликвора вследствие обильной примеси крови (Рис. 4). Результаты исследования спинномозговой жидкости в динамике приведены в таблице 2.

Через 1 сутки после повторной операции животное погибло с признаками дыхательной недостаточности.

При патолого-анатомическом исследовании головного мозга пациента обнаружено новообразование, субтотально замещающее ткань левого полушария КГМ и очаг опухоли в правой теменной доле (с кистой по границе) КГМ. Опухоль серовато-ко­ричневого цвета с кистами (диаметром до 5 мм), очагами некроза и кровоизлияний; консистенция новообразования менее плотная по сравнению с мозговой тканью. При гистологическом исследовании новообразования был поставлен диагноз веретеноклеточная астроцитома (Рис. 6). Макроскопическая картина органов грудной и брюшной полостей животного без видимой патологии.

Обсуждение

Литературные данные по распространенности и локализации опухолей головного мозга у обезьян практически отсутствуют. Поэтому достаточно сложной проблемой в нашем случае явилась постановка точного диагноза по данным КТ. Тем не менее, принимая во внимание данные медицинской литературы, есть достаточно четкие признаки опухолевого поражения головного мозга, которые можно выявить на КТ, в частности при астроцитоме. К ним относятся отсутствие дифференциации белого и серого вещества; смещение срединных структур больших полушарий; наличие кист, участков оссификации и сосудистой мальформации; отсутствие накопления контрастного вещества в патологическом очаге; отсутствие четких границ поражения.

Данная картина нетипична для большинства случаев с очаговыми новообразованиями головного мозга, но является типичной при инфильтративных опухолях с субтотальным поражением КГМ. В других случаях КТ дает более четкое представление об опухолевом поражении головного мозга, как например, при метастазах рака молочной железы в головной мозг (Рис. 7).

Исходя из нашего наблюдения, а также данных литературы, астроцитома может не влиять на изменение клинических и основных биохимических показателей крови у жи­вотных. Изменение содержания белка и клеточного состава ликвора при опухолях головного мозга не­специфичны и могут соответствовать картине менингита, энцефа­лита и некоторых других заболеваниях ЦНС.

В заключение хотелось бы отметить, что описанный нами клинический случай астроцитомы у белоносой мартышки подтверждает общую характеристику, локализа­цию и механизмы развития злокачественных новообразований у человека и собак. Ранняя диагностика заболевания у животных с нарушениями ЦНС может позволить вовремя поставить диагноз и улучшить результаты специфического лечения.

Литература

1. Краевский Н.А., Смольянников А.В., Саркисов Д.С. Патологоанатомическая диагностика опухолей человека. - М.: Медицина, 1982.

2. Black P.M. Brain tumors. Part 1. // N Engl J Med., 1991; May 23; 324(21): 1471-1476.

3. Haymaker W., Rubinstein L.J., Mi-quel J. Brain tumors in irradiated monkeys. // Acta Neuropathol. 1972; 20(4): 267 277.

4. Hogenesch H., Broerse J.J., Zurcher C. Neurohypophyseal Astrocytoma (Pituicytoma) in a Rhesus Monkey (Macaca mulatta). // Vet Pathol., 1992; 29 (4): 359-361.

5. Makino K., Nakamura H., Yano S., Kuratsu J.I. Population-based epidemiological study of primary intracranial tumors in childhood. // Childs Nerv Syst., 2010; Mar 27.

6. Sima A.A., Robertson D.M. Subependymal giant-cell astrocytoma. Case report with ultrastructural study. // J Neurosurg., 1979 Feb; 50(2): 240-245.

7. Stoica G., Kim H.-T., Hall D.G., Coates J.R. Morphology, Immunohistochemistry, and Genetic Alterations in Dog Astrocytomas. // Vet Pathol., 2004; 41 (1): 10-19.

8. Withrow S.J., Vail D.M. Small animal clinical oncology. Philadelphia: Saun-ders, 2007. 659-671.

9. Yanai T., Teranishi M., Manabe S., Takaoka M., Yamoto T., Matsunuma N., Goto N. Astrocytoma in a Cyno-molgus Monkey (Macaca fascicula-ris). // Vet Pathol., 1992 Nov; 29 (6): 569-571.

10. Yang C.P., Hung I.J., Jaing T.H, Shih L.Y., Chang W.H. Cancer in infants: a review of 82 cases. // Pediatr Hematol Oncol., 2005 Sep; 22(6): 463-481.


Назад в раздел