Колонка научного редактора. Всегда ли за алопецией скрывается эндокринная патология?
Колонка научного редактора. Всегда ли за алопецией скрывается эндокринная патология?


Автор (ы):  Наталия Игнатенко
Журнал:  №1 - 2014

Сложно сказать, у каких пациентов чаще предполагают эндокринную патологию: у страдающих от симптомов полидипсии-полиурии или от симметричной билатеральной невоспалительной алопеции. Если верить мировой статистике, независимо от отдельно взятой страны или континента, не менее 20% пациентов среднестатистического ветеринарного врача общей практики занимают пациенты с дерматологической патологией. У специалиста, занимающегося эндокринологическими нарушениями, более 30% хозяев будут жаловаться на проблемы с кожей и шерстью. Необходимость убирать лужи за 20 килограммовым псом, выпивающим шесть литров воды в день и всю ночь стремящегося на прогулку, безусловно, ухудшает качество жизни, как пациента, так и его владельца. Но лысеющий питомец – не меньший повод для серьезного расстройства и один из самых очевидных сигналов, что со здоровьем четвероногого члена семьи может быть что-то не в порядке. В предыдущем номере журнала VetPharma моя коллега Анна Герке, рассматривая причины невоспалительной алопеции у кошек, подчеркивала, что симметричная билатеральная алопеция у кошек редко является симптомом эндокринных нарушений и, в большинстве случаев, необходимо искать причины зуда и, как следствие, самоиндуцированной алопеции. Поэтому мне, в первую очередь, в своей рубрике хотелось остановиться на диагностике симметричной невоспалительной алопеции у собак.

Во время первого приема на этапе анамнеза и клинического осмотра важно определиться, есть ли у пациента гормональные нарушения или причина скрывается в другом и необходимо начинать алгоритм диагностики зуда: обрабатывать от блох, исключать пищевую аллергию, паразитарные и грибковые заболевания, а также атопический дерматит. Наличие зуда – важный сигнал, в каком направлении двигаться, однако невоспалительная симметричная алопеция может осложняться вторичным зудом вследствие пиодермии или демодекоза. А иногда хронический рецидивирующий отит может быть симптомом не только атопического дерматита, но и гипотиреоза. Как разобраться? В какой последовательности проводить диагностику? И разобравшись с тем, что алопеция – несамоиндуцированная (вызванная самим животным), невоспалительная – какие тесты целесообразно делать, чтобы правильно поставить диагноз и определиться с лечением? Часто ли пациент с эндокринной алопецией нуждается в пожизненной терапии? Можно ли ее назначить один раз и навсегда или необходимо постоянно корректировать лечение? Могу ли я обещать владельцу, что его питомец снова будет ще­голять красивой шерстью и когда? Есть ли проблемы, с которыми можно справиться один раз и навсегда? Во всех ли случаях алопеция – это болезнь, которую необходимо лечить? Возможно, это косметический дефек, и лучшим средством, как говорит мой коллега и прекрасный дерматолог из Одессы, является красивый комбинезон, скрывающий огрехи небезупречной внешности? И, наконец, когда стоит смириться и не заниматься ненужным поиском несуществующих гормональных заболеваний?

«Смотреть в микроскоп нужно глазами, но увидеть диагноз можно только мозгом», – говорил ведущий американский дерматогистопатолог, профессор Бернард Аккерман. Чем нам может быть полезно гистологическое исследование кожи? Может ли оно являться окончательным звеном в поиске причины невоспалительной симметричной алопеции, или является лишь фрагментом в цепи нашего поиска? На этих вопросах, не исключая алопеции как самостоятельного заболевания или в поиске скрытого эндокринного нарушения, мне бы хотелось остановиться более подробно. Детально на лечении и контроле терапии некоторых заболеваний (в частности, гиперадренокортицизма) мы уже останавливались. Другим – еще предстоит стать объектами нашего пристального внимания.


Назад в раздел